Правда и вымысел о гибели атамана Золотаренко (часть 1)

Тема исторического прошлого города Быхова все чаще интересует его жителей и я, как работник

В награду за ратную службу Золотаренко получил царскую грамоту

историко-краеведческого музея, надеюсь что она будет интересна всем.

Современная история говорит о том, что в 17 веке для боевых действий в верхнем Поднепровье, гетман Богдан Хмельницкий двинул 20-ти тысячное казацкое войско (Нежинский, Черниговский и Стародубский полки), возглавляемое братом его третьей жены – северским гетманом Иваном Никифоровичем  Золотаренко.

Наступление казацких войск сопровождалось грабежами, кровопролитием и пожарами. Ряд белорусских городов и местечек был сожжен или разграблен. После долгой осады пала  Гомельская крепость, и казаки продолжили продвижение по верхнему Поднепровью.

Войско Золотаренко появилось под стенами Быховской крепости в августе 1654 года, захватив накануне Пропойск и приняв капитуляцию Нового Быхова, однако многомесячная осада не помогла взять Старобыховскую крепость.

Иван Никифорович Золотаренко

Известно что, у Быховских стен сложили головы прославленные казацкие атаманы —  Степан Подобайло и Иван Золотаренко, так и не покорившие одну из самых неприступных цитаделей Великого Княжества Литовского.
Личность казацкого полковника Золотаренко, как и его гибель, со временем окутались самого разного толка слухами и легендами. И теперь спустя века, разобрать где, правда,  а где вымысел довольно сложно — но попытаться стоит.

Прежде всего, достоверно известные факты из биографии Ивана Никифоровича Золотаренко — родился в семье мещанина, получил хорошее образование, добился немалых успехов в военном деле — с началом восстания Богдана Хмельницкого присоединился к его войску, участвовал во многих сражениях, сыскал себе славу храброго и жестокого воина – настоящего казацкого предводителя. Проявив полководческий талант в ряде важнейших сражений эпохи казацких войн, заслужил чин полковника и особое доверие гетмана Хмельницкого.
Для белорусских земель Золотаренко стал настоящей грозой, слава о его жестокости и неуязвимости опережала казацкое войско. Многие города и местечки не желали сдаваться добровольно из страха, зная, что и «преклонивших колено» Иван Золотаренко не помилует.

Многие были и небылицы о прославленном казацком полковнике, нашли свое отражение в художественной литературе. Наиболее красочную и трагичную историю гетмана Золотаренко описал в своем произведении классик украинской литературы Евгений Павлович Гребенка. Повесть «Нежинский полковник Золотаренко» была написана в 1842 году и получила высокую оценку в среде украинской интеллигенции того времени, а в советское время вошла в большинство сборников автора и пользовалась определенной популярностью.

Произведение рассказывает о судьбе атамана, его нелегкой борьбе с поляками-католиками, прославляет его храбрость и благородство. Гибель атамана подается автором, как результат злобного заговора католических священников и иезуитов, подговоривших бедного жителя Быхова, органиста Томаша (латинская транскрипция имени Фома), совершить убийство Золотаренко. Будущему убийце пообещали место среди святых после смерти, а его детям обеспеченную жизнь в иезуитской школе. Для осуществления злодейства ксендзами была отлита серебряная пуля из священной чаши (по версии автора для бесшумного выстрела) испещренная латинскими буквами.

Органист описывается, как самый меткий человек в городе, ради забавы стреляющий по воробьям и высоко летящим журавлям — что весьма странно для белорусских земель, где аист издревле  считался священной птицей, а его убийство – большим грехом.

Гребенка описывает, как Старый Быхов добровольно сдается казацкому предводителю, который из рук быховчан получает, вместе с хлебом и солью, ключи от городских ворот.

В повести Иван Золотаренко гибнет во время торжественного проезда верхом по сдавшемуся городу — засевший на колокольне органист метким выстрелом попадает казацкому предводителю в сердце серебряной пулей, а сам от страха перед расправой — умирает.

О гибели казацкого полковника Гребенка рассказывает словами двух очевидцев – казаков прошедших со своим атаманом не одно сражение. Особо выделяется в их беседе одна фраза: «…Знатный был человек, а пришлось умереть, господи прости, под поганым городом Старым Быховом!..». (Думаю, она не оставит равнодушным ни одного быховчанина.)

Завершая свое творение, Гребенка заявляет о том, что все написанное правда — «А историк Коховский очень наивно приписывает это происшествие гневу мстящего провидения». Конечно, польский историк Веспасиан Коховский, живший в 17 веке и непосредственно участвовавший в казацких войнах, никакого понятия не имел о событиях своего времени. Вот только звание историографа, за какие заслуги он получил от короля? В этом споре очевидно – писатель 19 века, стоящий у истоков становления  украинского национального возрождения героизировал историю украинского казачества, а оппонирующие свидетельства подвергал сомнению. Можно сделать вывод — Гребенка писал художественное произведение, с изрядной долей вымысла, в лучших традициях зарождающейся украинской интеллигенции.
А что о гибели полковника рассказывает историческая литература?

Излагая обстоятельства гибели главного героя повести, Гребенка пользовался псевдоисторическим произведением «История руссов или малой России». Авторство его не было установлено, наиболее часто его приписывают религиозному деятелю 19 в. — Георгию Конисскому, который передал рукопись издателю. Историческая несостоятельность «Истории руссов» была доказана такими историками как — Н.Костомаровым и Г. Карповым, как и тот факт, что произведение написано в начале 19 века.

О гибели атамана здесь сказано следующее: «Наказный Гетман Золотаренко, возвращаясь с войскомъ по повелению Царя, во внутрь Белорусіи. И проходя городъ Старый Быховъ, ружейным выстреломъ, сделанным съ одной колокольни отъ засевшаго въ ней Католическаго органиста Томаша, убитъ до смерти, а органистъ признался добровольно, что подговоренъ къ сему злодейству католическими ксензами, кои дали ему ружейную пулю изъ священной чаши, по его словамъ освященную и укрепленную нарочитыми заклинаніями; а посулено ему за то на ряду мучеников царство Небесное и воспитаніе детей его в школахъ Іезуитскихъ.» О пожаре произошедшем на похоронах Золотаренко сказано следующее: «О сей случайности Польскіе народные писатели заметили в хрониках своих и внесли в Исторію нелепую басню … будто Золотаренка пожрал адъ съ полным своимъ дьявольским тріумфом и величіем за то, что … яко бы онъ был большой характерник или чародей, то есть, волшебник, владевшій многими дьяволами, отъ коих имелъ такую необычайную силу в войне и, наконец, в удовлетвореніе услугъ ихъ, взят с таким торжеством прямо в адъ». Как можно заметить из всего изложенного, распространение сказок о полковнике было положено именно этим произведением, являющимся грубой компиляцией и измененной копией подлинных исторических источников.

Автор «Истории руссов» настолько витиевато излагает историю в своем произведении, что не совсем ясно даже сдался Быхов казакам или нет, а взятие Нового Быхова здесь происходит зимой, хотя по достоверным данным это произошло в конце лета, и вообще произведение изобилует домыслами и авторскими фантазиями.
Тем не менее, многие авторитетные авторы и издания 19 века воспользовались “Историей руссов” как первоисточником. И таким образом легенда о смерти Золотаренко попала в справочную и историческую литературу – “Военный энциклопедический лексикон”, “Военную энциклопедию” Сытина, “Историю Малоросии” Маркевича и многие другие.

Так как и где на самом деле погиб наказной гетман? И есть ли мистическая составляющая в реальных событиях?

Ответ следует искать в памятниках письменности того далекого времени – летописях и хрониках.
Одним из наиболее достоверных источников по истории Украины является “Летопись Самовидца”, ставленная неизвестным автором, который являлся очевидцем большинства описываемых событий (отсюда и название). О гибели казацкого полковника в летописи говорится так: “… А Іван Золотаренко … подишолъ з войсками козацкими под Быховъ Старій, и там оній в облаженню держалъ, где на коню под час потреби оного на герцу пострелено в ногу з мушкета, от которой ноги и померъ под Быховомъ.” Здесь, с гибелью наказного гетмана, все ясно – держал город в осаде и во время попытки штурма смертельно ранен. Интерес только вызывает выражение «на герцу».

Герц являлся неотъемлемой частью воинского мастерства казаков — когда несколько самых удалых храбрецов выезжали или выходили как можно ближе (меньше ружейного выстрела) к противнику и жестами или словами, издеваясь и глумясь над противником, выказывали свое отношение к нему, вызывая на бой. Иногда участники герца вступали в бой с такими же  храбрецами с противоборствующей стороны. Исход герца часто бывал смертельным для смельчаков.

Следует заметить, что никакого органиста Томаша, серебряную пулю и заговор автор не упоминает, хотя подробно описывает похороны Ивана Золотаренко, на которых присутствовал, и где из-за неосторожности пономаря сгорела церковь Святого Николая, в которой собралось много народа во время отпевания.
Не безызвестным памятником письменности Украины является и летопись гадяцкого полковника Григория Грабянки. Гибель Золотаренко здесь описана так – «Козаки, будучи с Золотаренкомъ при государу в Литве, премногой добичи набравши, пошли и подъ Старій Быхов подступили, где на самоборстве самого Гетмана Золотаренка, против Ляхов віехавшого, з мушкета в ногу пострелено, от чего там же под Биховом и помер…»
В летописи Григория Грабянки так же отсутствует Быховский органист Томаш и серебряная пуля, а прямо указывается: что наказной гетман погиб от раны, полученной в ногу во время стычки под Старым Быховом.
Еще одна малороссийская летопись «Краткое летоизобразителное знаменитыхъ и памяти достойныхъ действ и случаев описаніе» сообщает без подробностей – «Пред Старым Быховым Золотаренко убитъ, которого тело, на погребеніи, в Корсуне, с церквою, отъ него созданною, с попами и людми Ляхи спалили: ибо сих на Полесе, собравши детей малых лядских и посажавши рядом за лавы, оными их давилъ». Автор видимо был далек от описанных событий, чем и объясняется краткость, а поджег церкви – домысел летописца, наслышанного о страшной жестокости Ивана Золотаренко. Зато летопись сообщает о месте гибели и зверствах казацкого полковника.

В малоизвестной хронике украинского казака Павла Полуботка содержатся весьма схожие с другими летописями сведения, но есть и новые подробности – «Тогожъ року наказный Гетмана Ивана Золотаренко, под Старым Быховом простый человек, засевши забил, съ мушкета…» Однако и в этой летописи нет упоминания что убийца — органист и наличие серебряной пули, а указывается что стрелял «простый человек».

В польской хронике, на которую и ссылается автор «Истории руссов» составленной Иоахимом Ерличем, православным шляхтичем, так же записаны сведения о смерти Золотаренко, которая настигает наказного гетмана как возмездие за его преступления. Следом упоминает автор и сына Богдана Хмельницкого Тимоша, похороненного в Валахии, склеп которого разворотила молния. Из-за неточности перевода молния «перешла» в историю Ивана Золотаренко и для автора “Истории Руссов”  стала причиной пожара церкви на его похоронах, хотя хоронили полковника зимой (в Филиппов пост). Между тем встречается и утверждение, что это в склеп Золотаренко попала молния. Вывод можно сделать следующий – неточный перевод и неправильное толкование содержания, послужили основой всевозможных небылиц о смерти казацкого полковника.
Летопись Самуила Величко – писаря казацкой канцелярии, жившего в 17-18 в., и знавшего о делах казацких почти все описывает событие следующим образом: «… отъ Волиня повороте, Золотаренко зъ войском Козацким до Старого Бихова знову прибывши, и в добытю оного щастя спробовавши, натрафил тамъ на нещасте и смерть, в куле Биховской к нему прилетевшую…». Здесь так же нет упоминания органиста и серебряной пули, тем более коварного заговора.

Смерть Ивана Золотаренко упомянута в основных летописях по истории Украины, о ней оставили упоминание современники – украинские казаки и польская шляхта, тем не менее, историческое событие превратилось в сказку – случайно ли это?

Наказный гетман прошел по землям Речи Посполитой с недоброй славой, долгое время после его смерти население белорусских земель не могло забыть бесчинства, творимые здесь пришлым войском и самим атаманом. Только человек безудержно храбрый и неимоверно жестокий, мог держать в повиновении многотысячное казацкое войско, состоящее из людей отчаянных, живших только войной. И тому хороший пример смерть Золотаренко – «… и там по смерти его якъ тело проважено до Нежина въ скоромъ часе забунтовалося козацтво, на своих старшинъ чернь повстала была, хотячи старшину побитии…». Так описывает события после гибели наказного гетмана летопись Самовидца.

Составляя «Критический обзор разработки главных русских источников, до истории Малороссии относящихся», уже упоминавшийся историк 19 века, Геннадий Карпов, доказывая полную несостоятельность «Истории руссов», приводит в качестве одного из основных доказательств — смерть Ивана Золотаренко, и утверждает что такое повествование «съ дополненіемъ: іезуитов, органистов, колокольни, заколдованной пули, священной чаши, серебра, латінскіх букв, грома, молніи, дьяволов и наконец целого ада – такой рассказъ теряет невольно всякую возможность верить въ немъ, хотя бы чему-нибудь».

Смерть атамана вызвала действительно большой резонанс на просторах Украины и речи Посполитой, а его похороны с человеческими жертвами, усилии и придали более яркую окраску этому событию. Определенно самым подробным и точным историческим свидетельством является летопись Самовидца, описывающая похороны наказного гетмана. Причем автор утверждает — «бо и самъ тамъ былъ и набралемся страху немалого». После пожара в церкви святого Николая в Корсуне, где сгорело «людей живыхъ 430 зъ наддачею», обгоревший труп Ивана Золотаренко, в новом гробу, его брат Василий отправил для отпевания  в церковь Рождества Христова, «…и там подвокротши загорувался (т.е. горел дважды), поколя скончили тот погребъ».
Чем же прославился Нежинский полковник?  Яростью и жестокостью? Тем, что завоевал много городов Великого Княжества Литовского? Обедал за одним столом с Московским  царем Алексеем Михайловичем и был обжалован царскими милостями? Ответить на эти вопросы теперь спустя века довольно сложно, но благодаря сказкам о гибели и  похоронах интерес к его личности сохраняется.

Несмотря на то, что «История руссов» была признана политическим памфлетом уже в 19 веке, многие современные историки берут пример с ее автора, становясь достойными продолжателями этого сомнительного творчества. Дальше всех пошел украинский историк Б. И. Сушинский, Член Национального союза писателей Украины и Национального Союза журналистов, автор более 60 книг и свыше тысячи публикаций в периодике. Вот что написано в книге Б. И. Сушинского “Козацкие вожди украины” о смерти Ивана Золотаренко: “Існує кілька версій загибелі Івана Золотаренка…Та ми всіх версій не розглядатимемо. Найвірогіднішою здається та, якої дотримується автор «Історії Русів»… дорога йому стелилася через уже знайомий нам Новий Бихов. Тільки цього разу наказний гетьман в’їхав сюди як переможець, — на чолі війська, без бою, оскільки в місті був козацький гарнізон.

У час цього церемоніального в’їзду його й убив пострілом з мушкета органіст місцевого костьолу — із засідки на дзвіниці. Вбивця, як свідчить хроніст, сам, із власної волі, зізнався в скоєному”.
Как видим в этом современном произведении — погиб казацкий полковник в Новом Быхове. Теперь, появилась еще одна версия гибели Золотаренко.

«История руссов», Е.П. Гребенка, Б.И. Сушинский повторяясь, описывают гибель Золотаренко как ужасное злодейство, — но является ли злодейством выстрел человека защищающего свой родной город. Ведь известно, что во время русско-польской войны 1654-1667 гг. наш город защищали не только наемные солдаты, но и его жители – «простые человеки» и для них Старый Быхов был не «поганым» городом, а местом где укрылись от беды родные и близкие.

Валерий Шунькин,
младший научный сотрудник районного историко-краеведческого музея.

Правда и вымысел о гибели атамана Золотаренко (часть 1): 1 комментарий

  • 15.08.2012 в 5:02 пп
    Permalink

    Приятная тенденция на страницах =Маяка= — исторический ликбез по истории Быхова. Спасибо за статью.

Обсуждение закрыто.