Как изменилось белорусское общество за годы независимости?

Недавно Организация экономического сотрудничества и развития опубликовала результаты соцопроса, согласно которому австралийцев признали самыми счастливыми людьми на планете. Оказывается, около 85 процентов жителей Зеленого континента удовлетворены условиями и качеством своей жизни. От чего же все-таки зависит счастье общества? Какие ценности наиболее важны для белорусов? Об этом размышляет директор Института социологии Национальной академии наук Беларуси, доктор социологических наук, профессор Игорь КОТЛЯРОВ.

Семейное счастье

— Игорь Васильевич, социологические замеры уровня счастья в разных странах проводятся регулярно различными организациями. Насколько можно доверять подобным опросам?

— Социология вообще одна из самых интересных наук в мире, и, например, в США она входит в тройку самых престижных профессий. Темы для опросов могут быть самые разные, в том числе и такая неоднозначная, как счастье. Причем у каждого своя методика на сей счет, свои подходы. Насколько они объективны, сложно сказать, ведь социальное самочувствие общества зависит от множества факторов и критериев. Да и предпочтения у каждого свои. Для одного счастье — это любовь, для другого — возможность построить дом, купить машину, отдохнуть с семьей за границей.

Наш институт ежегодно проводит репрезентативные комплексные изучения белорусского общества. Напрямую вопросы о счастье мы не задавали, но, анализируя полученные данные, можно сделать определенные выводы. Например, на вопрос “Какие социальные институты помогают вам в трудные моменты жизни?” 92 процентов жителей страны ответили, что им помогает справляться с жизненными проблемами семья. На самом последнем месте — участие в политической жизни. В первую пятерку вошли также друзья, вера в Бога. Образование, например, поставлено только на 12-е место из 18. То есть традиционные семейные ценности в обществе по-прежнему преобладают.

— Но ведь и процент разводов по-прежнему очень высок…

— А это уже другая сторона медали, свидетельствующая о том, что где-то недорабатывают родители, школа, гражданское общество, средства массовой информации. Кроме того, в ходе исследований выянилось, что Беларусь — самая безопасная страна на постсовестком пространстве, да и в Европе мы также на первых местах. Года два назад, когда страна столкнулась с серьезными финансовыми проблемами, в ответах людей чувствовалась обеспокоенность по поводу своего материального положения. Но постепенно в общественном сознании удалось преодолеть негативное влияние кризиса, и сегодня мы уже выходим на докризисные параметры.

— Как правило, такие опросы охватывают порядка двух тысяч человек. У обывателя может возникнуть вопрос, насколько объективной получается общая картина.

— Американский институт Гэллапа опрашивает 250 человек — и это на всю страну. Ошибка составляет плюс-минус один процент. Это репрезентативная выборка, проверенная годами. Однако мы постоянно ищем новые методы измерения общественного мнения. В следующем году, к примеру, рассчитываем провести социсследование при помощи интернета.

Патриотизм в цене

— Часто приходится слышать мнение, что нынешнее поколение более циничное, утрачены духовные ориентиры, а на первый план вышли материальные ценности…

— Это заблуждение. Мы провели большое исследование, касающееся мотивов занятий спортом наших молодых хоккеистов. Оказывается, 96 процентов детей приходят в спорт, чтобы выступать на Олимпийских играх и защищать честь своей страны. Они не думают о больших деньгах и заграничных коттеджах. А мы говорим, что патриотизм нынче не в моде. Многое зависит от того, в какой среде рос и воспитывался человек, кто его окружал, какие он читал книги и смотрел фильмы. Вот с этой точки зрения, конечно, 1990-е годы оказались провальными, и на определенном этапе у молодежи была подорвана вера в родину. Но говорить в целом о том, что молодое поколение циничное, я не стал бы. Оно просто другое, с другими ценностями, и это объективная тенденция, ведь цивилизация не стоит на месте, появляются новые технологии, профессии, информационная составляющая общества развивается семимильными шагами. Все это, естественно, влияет и на мышление, и на образ жизни современников.

Могу сказать, что за годы независимости люди стали более раскрепощенными, инициативными, стали больше задумываться о своем будущем. Все больше людей начинает понимать, что государство не может всем принести блага на блюдечке, всех бесплатно обучить, всем дать по квартире, что комфортную жизнь надо заработать самим, и вот эта идеология постепенно начинает формироваться в обществе.

Добродушный выбор

— В России не утихают дискуссии о путях развития государства. Их суть сводится к обсуждению, какая цивилизация ближе русскому менталитету: западная или восточная. Кто-то считает, что у России должен быть собственный вектор развития. В связи с этим возникает вопрос и о будущем Беларуси…

— Результаты социологических исследований говорят сами за себя. Порядка 90 процентов белорусских граждан уверены, что наша страна должна развивать экономические и культурные связи с Россией, что Беларусь и Россия должны быть в едином пространстве. Примерно около трети населения полагает, что Беларусь должна вступить в ЕС и семь процентов выступают за вступление в НАТО. И дело не только в том, что Россия ближе нам по ментальности, нас многое связывает в историческом и культурологическом плане. Беларусь находится в центре Европы, и уже поэтому вопрос о выборе между Западом и Востоком не имеет смысла. Мы готовы на равных сотрудничать со всеми, но если отдельные западные политики под надуманными предлогами начинают всячески препятствовать развитию нормальных отношений с Беларусью, каким должен быть наш ответ?

К тому же сегодня Запад во многом дискредитировал себя отказом от базовых христианских ценностей. Признание так называемых однополых браков — это еще одно свидетельство общего духовного кризиса западного мира. Вообще вся эта агрессия, когда толпа выходит на улицы и начинает все крушить, для белорусов неприемлема. Мы по-другому воспитаны, в силу исторических процессов добродушие, толерантность всегда были характерными чертами белорусов. Прежде чем что-то предпринять, белорус сто раз подумает, взвесит: а хорошо ли это для меня, для моей семьи. Это здорово, когда человек поступает рассудительно, а не кидается сломя голову в драку.

— Однако есть и другая точка зрения: мол, эта пресловутая “памяркоўнасць” как раз и тормозит развитие общества.

— Радикализм еще никогда до добра не доводил. Все разрушить, сломать гораздо проще, чем отстроить новое. Общество двигают вперед нормальная здоровая конкуренция, новаторские идеи, современные технологии. Вот этого нам и не хватает, в том числе и в политической сфере. Судите сами: в стране сегодня зарегистрировано 15 политических партий, но рейтинг самой популярной из них — около одного процента. Можно, конечно, росчерком пера ввести пропорциональную избирательную систему, и интерес к политическим партиям возрастет. Но почему государство должно толкать партии вперед? Почему наши политические партии не подставляют плечо государству в решении нынешних проблем? Ведь ни одна партия так и не разработала конкретных, обоснованных экономических и социальных программ, ограничиваясь лишь огульной критикой власти. Насколько мне известно, только у одной партии есть своя газета. Партийные лидеры в принципе не интересны и не известны людям. На какую поддержку они могут рассчитывать?

— Тем не менее, чтобы двигаться дальше, нужны цели, ориентиры. В связи с этим возникает вопрос о национальной идее для Беларуси…

— Это непростая тема, и сегодня она не может быть предметом социологических исследований. Понятно, что национальная идея не должна быть навязана искусственно или принесена извне. Она должна вызреть в самом обществе, с учетом его ментальности, культуры, исторических традиций. На мой взгляд, строительство сильной, независимой, процветающей Беларуси — это то, что поддерживает абсолютное большинство нашего населения. И в последующем этот принцип вполне может стать основой для формирования национальной идеи.

ng.by