Сражение за души или Немного из истории Барколабовского монастыря

Сегодня между деревнями Залахвенье и Барколабово активно идет восстановление утраченного в начале прошлого века Барколабовского Свято-Вознесенского женского монастыря, история которого насчитывает более 300 лет. Многие сейчас хотят знать, каким монастырь был много лет назад, как он выглядел, как жили его обитатели. Действительно, время действия монастыря было наполнено яркими событиями, которые оставили след в жизни и памяти жителей не только близлежащих деревень, но и различных государств (как минимум, Беларуси, России и Украины). Интересным в этой связи является эпизод, связанный с конфликтом Буйничского и Барколабовского монастырей, имевший место в середине 18 века, свидетельствующий о том, что за сохранение монастыря послушницам необходимо было бороться не только с разбойниками и вражескими солдатами, но и совсем необычным противником – монахами.

Сражение за души или Немного из истории Барколабовского монастыря

Церковь Барколабовского монастыря. Фотография немецкого солдата времен ВОВ

Корни данного конфликта уходят во времена создания названных обителей. В 1626 г. князь Богдан Соломерецкий подписал дарственный акт об основании мужского Барколабовского Свято-Духова монастыря, отведя ему среди прочих земель, еще и села Костянку «прозываемое Сутоки», Вороновку (Воронино) и Холмы (Стайки). Данный монастырь, не смотря на название, разместился в Буйничах.
В 1641 г. в одном километре южнее Барколабово при впадении реки Лахвы в Днепр, швагер Соломерецкого Богдан Стеткевич основал женский Вознесенский монастырь. Фактически своим появлением барколабовская обитель обязана тому обстоятельству, что в Кутеинском женском монастыре (г. Орша) количество монахинь увеличилось до такой степени, что монастырь их просто не мог уместить. Поэтому часть инокинь перевели из этого монастыря в Барколабовский. Новый монастырь относился к Киевской митрополии и был подчинен могилевской епархиальной власти. Для поддержания материального благополучия вновь образованной обители жалованной грамотой Б. Стеткевича от 24 июня 1641 г. были приписаны 6 волок земли (1 волока – 21, 36 га) на пашню возле реки Ректы (ныне безымянный ручей) с мельницей на ней, а также дано разрешение ловить рыбу в реке и пруде при мельнице. Затем 30 апреля 1652 г. по просьбе игумена Кутеинского монастыря И. Труцевича сын Б. Стеткевича Михаил отделил из дарственной своего предка в пользу Барколабовского монастыря половину сел Костянки и Холмы, а также 50 волок земли. Этот поступок был обусловлен ростом количества монахинь в Барколабовской обители и, соответственно, необходимостью их содержания. Монахи из Буйнич пошумели по этому поводу, но землю у них отняли.

С того дня прошло почти сто лет и беды как бы ничего не предвещало… Но в 1739 г. игуменом Буйничского монастыря стал Викентий Барановский. Первое, что сделал Барановский, – тщательно изучил монастырский архив. Настолько тщательно, что установил юридическое противоречие между дарственными записями вековой давности. В частности, игумен пришел к выводу, что М. Стеткевич не мог изменить дарственную запись своих родителей. Соответственно, с юридической точки зрения, Барколабовский монастырь «незаконно» владел половиной сел Костянки и Холмы. Желая улучшить материальное положение своих подопечных, В. Барановский решил восстановить справедливость и вернуть своему монастырю земли и, самое главное, крестьян. Правда, игумен методы борьбы выбрал неординарные. В результате между двумя монастырями вспыхнула вражда, сопряженная, выражаясь современной терминологией, с причинением телесных повреждений и применением огнестрельного оружия.

Для начала В. Барановский разрешил своим послушникам избивать монахинь, руководивших хозяйством в Костянке. Монахи сразу же приступили к исполнению поручения своего главы. При этом они проявили такую инициативу, что «одна “законница” Митродора умерла, а другая долго хворала». В таких битвах за души прихожан иногда принимал участие и сам игумен.

Затем, не затягивая время, В. Барановский подал на монахинь жалобу в гродский суд и призвал их к разбору дела в Киевскую консисторию. Здесь митрополит Тимофей Щербацкий, рассмотрев представленные сторонами документы, установил, что на дарственной М. Стеткевича и просьбе игумена Кутеинского монастыря И. Труцевича отсутствуют «официальные достоверности (числа, подписи, печати)». Видимо, монахини из Барколабово, в отличие от конкурентов из Буйнич, упор делали не на светские склоки, а на моление Богу, поэтому и не придавали особого внимания бумажной работе. В итоге Киевский митрополит в 1749 г. принял аргументы В. Барановского и дал указание о возврате спорных земель Буйничскому монастырю. По возвращении из Киева В. Барановский уже «официально» отобрал Костянки и Холмы у «незаконных хозяев». Однако радовался игумен не долго, через некоторое время он скончался.

Урок для монахинь Барколабовской обители не прошел зря. Сначала они нашли себе покровителей в лице Могилевского Богоявленского братства и «вельможного господина» Александра Новконского. Затем в Киев они подали жалобу уже на монахов Буйничского монастыря. Тот же митрополит на этот раз встал на сторону монахинь. Интересна мотивировка принятого решения. Среди прочего Т. Щербацкий пояснил, что монахи из Буйнич за счет спорных деревень должны были оказывать Барколабовскому монастырю помощь, но этого не произошло. Кроме того, эти самые монахи инициатора спора В. Барановского «через развращение свое из монастыря выгнали и к митрополичной нашей власти противны и непокорны явились».

Однако священнослужители из Буйнич признавали только те решения митрополита, которые были им на руку. Поэтому принадлежащие монастырю деревни никому возвращать даже не собирались. Но, как отмечалось, монахини твердо усвоили урок, преподнесенный им В. Барановским, и решили действовать методами своих обидчиков. 14 мая 1752 г. несколько десятков вооруженных людей якобы «с согласия» и «по побуждению» инокинь Барколабовского монастыря напали на имения Костянку и Холмы, где ими были избиты или ранены новый наместник Буйничкого монастыря Петр Измайлович, управляющий фольварком отец Онисим Будкевич, урядник Роман Орловский. Пострадали и некоторые монастырские крестьяне. Позднее в суде монахи из Буйнич, забыв о том, что сами еще недавно занимались тем же, с возмущением рассказывали, что виновники напали на них «без всякой причины и повода», «не обращая внимания на то, что они взялись за преступное и беззаконное дело», помимо физической расправы над представителями Буйничского монастыря, нанесли и немалый вред имуществу. Так, вооруженные люди кое-где забрали овес, потравили посевы, а «в Костянской корчме выбили окна, разрушили амбары и заборы», оставив «после себя пустынную Аравию». Потрепав противника, монахини 24 мая 1752 г. вместе с представителем судебной власти (возным) ввели спорные земли в свое владение.

Но и после этого монахи из Буйнич отказались возвращать «свое». Через три для после отвода половины Холмов и Костянки Барколабовскому монастырю, наместник Буйничской обители собрал около ста человек вооруженной шляхты, холопов и т.п. (в этом случае он, видимо, исходил из чисто арифметического превосходства над своими оппонентами), напал на Костяну, избил попавшихся под руку и установил новую границу своих владений.

После этого последовали жалобы от обеих сторон во все инстанции, судебные тяжбы и обвинения… В конце концов от этого устали все, в том числе и митрополит, который решил разрешить этот спор несколько радикально, но эффективно. В 1756 г. оба монастыря были переданы епископу Могилевскому Георгию Конисскому (личности довольно известной и в наше время). Епископ, задействовав определенные механизмы, заменил игумена в Буйничах на более покладистого, после чего с помощью Михаила Сапеги, подканцлера Великого Княжества Литовского, владельца Быхова, Барколабово и Буйнич принудил спорящих подписать 16 февраля 1759 г. мировое соглашение. Согласно данному документу вся спорная земля и проживающие на ней крестьяне с имуществом просто делилась на две части. Для того чтобы отбить у сторон желание вновь силой оружия оспаривать принятое решение, в соглашение включили пункт, согласно которому нарушитель обязан был заплатить штраф в 2000 битых талеров, в тройном размере компенсировать причиненный вред и понести другие наказания, предусмотренные церковными законами. Такие драконовские санкции остудили пыл спорящих, в связи с чем «после этой мировой больших столкновений между монастырями не было, но мелкие пререкания даже до конца столетия продолжались».

Так и закончились эти необычные для монастыря события, которые свидетельствует о том, что сохранение Барколабовской обители во все времена было делом не легким. И, порой, как отмечалось, защищать ее нужно было не только от воров и мародеров. Через некоторое время у монастыря появился еще один необычный и сильный противник – природа: Днепр своими волнами подмоет берег и монастырские постройки начнут обрушаться в воду. Этот бой монахини благодаря силе духа и упорству тоже выиграют, как выигрывают они и сейчас, восстанавливая на пустом месте жемчужину Быховского района.

Юрий ШКАПЛЕРОВ, кандидат юридических наук
 (специально для «Маяка Прыдняпроўя»).